Юридическая помощь: Статьи: Правовые отношения в информационной сфере: Обязанность работника может иметь административный характер


Обязанность работника может иметь административный характер

Слова В.А.Дозорцева о том, что обязанность работника может иметь также и административный характер, в данном случае нельзя принимать во внимание. Трудоправовой аспект может иметь значение лишь для некоторых аспектов социальной защищенности государственного служащего (продолжительность отпуска, социальные льготы и выплаты и т.д.). Деятельность же государственных служащих по непосредственному выполнению своих обязанностей регулируется не трудовым, а административным правом. Следовательно, обязанность государственного служащего хранить тайну также имеет публично-правовой характер. Вот эта обязанность действительно представляет собой служебную тайну в прямом смысле, но она не может рассматриваться в контексте статьи 139 Гражданского кодекса РФ, как это предлагает В.А.Дозорцев и ряд других авторов.

Если Вам понадобилась бесплатная юридическая консультация по своему правовому вопросу, то Вы можете задать его используя форму обратной связи.

Попыткам преодолеть недостатки неудачной формулировки статьи 139 ГК РФ и оправдать наличие в этой статье словосочетания «и служебная тайна», противоречит сама конструкция статьи 139 ГК РФ и ее место в структуре Гражданского кодекса.

Исходя из толкования смысла статьи 139 ГК в совокупности со статьей 128 ГК, а также учитывая место этих статей в главе 6 «Общие положения» подраздела 3 «Объекты гражданских прав» Гражданского кодекса РФ, нельзя не согласиться с тем, что, обе эти статьи характеризуют объекты гражданских прав. Очевидно, что коммерческая тайна является объектом, имеющим самостоятельную ценность. Следовательно, служебная тайна, по всей видимости, также должна была бы иметь самостоятельное значение в качестве самоценного блага. Однако даже по мысли В.А.Дозорцева, служебная тайна является обязанностью, причем обязанностью работника. Как же можно в таком случае считать служебную тайну объектом гражданских прав, если она выражается только через обязанность? Причем корреспондирующее ей субъективное право заключается не в возможности извлекать из объекта полезные свойства, а в возможности требовать от другого лица сохранения конфиденциальности.

Нельзя не видеть, что рассматриваемые В.А.Дозорцевым правоотношения являются относительными, а не абсолютными, причем они носят вторичный, обеспечивающий характер. Они необходимы в силу того, что существуют основные абсолютные правоотношения, в рамках которых обладатель такой информации извлекает из информации полезные свойства.

В рамках относительных правоотношений по соблюдению тайны-обязанности не происходит извлечения из информации полезных свойств, напротив, эти правоотношения обеспечивают такую возможность, происходящую в рамках другого - абсолютного - правоотношения. Следовательно, такая «служебная тайна» не имеет собственной ценности, будучи лишь обязанностью, которая обеспечивает существование другого (имеющего собственную ценность) блага - коммерческой тайны. В таком случае термин «служебная тайна» не может находиться в статье 139 ГК РФ наряду с коммерческой тайной.

Таким образом, следует сказать что, во-первых, обязанность работника хранить коммерческую тайну работодателя (называемая В.А.Дозорцевым «служебная тайна») должна быть обозначена как профессиональная тайна, во-вторых, указанная обязанность работника не является объектом гражданских прав. Коммерческая тайна и подобная профессиональная тайна ad hoc - разнопорядковые явления.

Вероятно, можно было бы пойти и по пути, предлагаемому В.А.Дозорцевым, однако это было бы допустимо только, если не учитывать потребностей публичного права в правовом режиме информации ограниченного доступа. Сегодня же остро стоит вопрос именно о комплексном - в рамках как публичного, так и частного права - взаимном согласовании системы правовых режимов информации. Если передать использование наименования «служебная тайна» гражданскому праву, то придется для нужд публично-правового регулирования информации ограниченного доступа использовать какой-либо новый, не устоявшийся и не традиционный для публичного права, термин. Поэтому вариант, предлагаемый В.А.Дозорцевым, на наш взгляд, не может считаться приемлемым. Рассматривая правовое регулирование отношений в информационной сфере в комплексе, как нам представляется, неверно было бы ориентироваться только лишь на гражданское право и при этом не учитывать объективные потребности в публично-правовых режимах информации.

Наш проект поможет любому пользователю, который ищет юридические услуги в Москве.

Back to Top